Белый дом перешел к радикальным мерам после провала дипломатической миссии в Исламабаде. Дональд Трамп объявил о начале полной морской блокады иранских портов и Ормузского пролива, фактически отрезав Тегеран от мирового океана. Режим ограничений вступил в силу 14 апреля, и напряжение в регионе достигло предела: связанный с Китаем танкер Rich Starry уже дважды за сутки пытался прорвать оцепление, игнорируя приказы американских военных.
Стальной заслон: от досмотров до огня на поражение
Американское командование развернуло силы вдоль всего иранского побережья. Теперь любое судно, следующее в порты Исламской Республики или из них, будет перехвачено и развернуто. Нейтральный флот также попал под удар — военные намерены проводить обыски для поиска контрабанды. Дональд Трамп в своей манере обозначил правила игры в соцсетях: любые иранские катера, рискнувшие приблизиться к зоне блокады, будут уничтожены на месте. Президент США сравнил эту операцию с жесткой зачисткой наркокартелей в Карибском море.
Тегеран ответил на действия Вашингтона обвинениями в пиратстве. Представители Корпуса стражей исламской революции пообещали «жестко разбираться» с иностранными кораблями в своих водах. Президент Ирана Масуд Пезешкиан, сохраняя дипломатический тон, выразил готовность к дискуссиям, но подчеркнул: если иранские порты будут парализованы, безопасность исчезнет для всех участников судоходства в Персидском заливе.
Нефтяной шок и неожиданные бенефициары
Решение Вашингтона вызвало тревогу даже у его союзников. Саудовская Аравия официально призвала США снять блокаду, опасаясь, что пожар войны охватит весь регион. Пекин, критически зависящий от иранских поставок, потребовал немедленно прекратить эскалацию, которая ставит под удар глобальную торговлю. Пока Brent штурмует отметку в 97,85 доллара за баррель, эксперты подсчитывают чужую прибыль. Текущая ситуация уже приносит Москве дополнительные 150 миллионов долларов в день, а если котировки взлетят до 200 долларов, российский бюджет может пополниться на астрономические 247 миллиардов долларов за год.
Цена вопроса: ядерный срок и транзитные миллиарды
Переговоры зашли в тупик из-за принципиальных разногласий. Вашингтон настаивал на заморозке иранской ядерной программы на 20 лет, тогда как Тегеран не соглашался более чем на пять. Масла в огонь подлили и финансовые аппетиты: по данным инсайдеров, американская администрация рассчитывала на долю от сборов за проход судов через Ормузский пролив — а это от 10 до 20 миллиардов долларов ежегодно. Иран платить отказался.
Вице-президент США Джей-Ди Вэнс, руководивший делегацией в Исламабаде, резюмировал, что стороны хотя бы «прояснили красные линии». Несмотря на блокаду, Трамп утверждает, что «правильные люди» из Ирана уже ищут контакты для сделки. У дипломатов остается время до 21 апреля — именно тогда истекает срок временного перемирия, объявленного в начале месяца.
